Новгород и Псков выделяются среди русских земель тем, что княжеская власть здесь была встроена в систему сильных городских институтов. Слово «республика» удобно как историко-политическая характеристика, но оно не означает современную демократию: реальное влияние распределялось между городским собранием, должностными лицами, боярскими группировками, церковью и приглашённым князем.1, 2, 3
Новгород: путь к республиканской системе
Новгород обладал сильной городской и боярской средой ещё в XI–начале XII века. После конфликта 1136 года княжеская власть стала более явно зависеть от условий, которые город предъявлял приглашённому правителю. Князь по-прежнему был нужен как военный руководитель, судья и участник внешней политики, но не мог превратить Новгород в обычное наследственное владение своей династической линии.1, 3
Эту перемену следует понимать как этап длительного развития, а не как принятие одной письменной конституции. Баланс между городом и князем менялся, договоры пересматривались, а конкретный политический вес институтов зависел от ситуации.
Вече и должностные лица Новгорода
Вече было публичным институтом принятия важнейших решений, но его точный состав и процедура остаются предметом дискуссии. Поэтому ошибочно представлять его как парламент с всеобщим равным голосованием. Значительная политическая роль принадлежала боярской элите.1
Посадник был одним из центральных должностных лиц, участвовал в управлении, суде, дипломатии и отношениях с князем. Институт посадничества со временем усложнялся; исследование В. Л. Янина показывает его тесную связь с боярскими группировками и политической структурой города. Тысяцкий имел важные военные, торгово-судебные и представительские функции. Новгородский архиепископ был не только церковным иерархом: он участвовал в дипломатии, хранении городской казны и политическом посредничестве.1
Экономическая основа Новгорода
Новгородская земля соединяла крупное боярское и монастырское землевладение, сельское хозяйство, ремесло и широкую торговлю. Через Балтику город взаимодействовал с немецкими и другими купцами; особенно известны связи с ганзейским торговым миром. Важное место занимали меха, воск, рыба и ресурсы северных территорий.1, 3
Нельзя, однако, описывать Новгород как город, который «жил только торговлей». Его политическая мощь опиралась и на владение обширной территорией, сельские ресурсы и системы сбора доходов с северных земель.
Псков: от связи с Новгородом к самостоятельности
Псков был важным пограничным, ремесленным и торговым центром. Его политическая самостоятельность усиливалась постепенно. 1348 год обычно связывают с важным этапом оформления независимого положения Пскова относительно Новгорода, но реальные процессы политического обособления начались раньше и продолжались после этого рубежа.2, 3
В Пскове также действовали вече, посадники и приглашённый князь, однако конкретная организация отличалась от новгородской. Псковская судная грамота отражает развитое право городской земли: нормы собственности, обязательств, суда и процесса показывают общество с активным оборотом имущества, кредитом и сложной системой правовых отношений.2
Социальная структура
В обоих центрах значительное влияние имели боярские семьи и крупные землевладельцы. Наряду с ними существовали купцы, ремесленники, городские жители разных имущественных групп и сельское население. Политическое участие было реальным, но социально неравным.1, 2
Поэтому формула «боярские республики» полезна для указания на элитный характер власти, но тоже не должна стирать роль веча, купечества, князя, архиепископа и более широкого городского сообщества.
Внешняя политика и граница
Положение на северо-западной границе делало отношения с Ливонией, Швецией и Литвой постоянным фактором политики. Новгород и Псков одновременно торговали и воевали с западными соседями; экономические контакты не исключали территориальных и конфессионально-политических конфликтов.3
В XV веке усилилось давление Москвы. Новгород после длительной политической борьбы был включён в Московское государство в 1478 году. Псков в XV веке сохранял собственные институты и лишь в 1510 году утратил политическую самостоятельность. Поэтому временная рамка вопроса XII–XV веков не должна создавать ложное впечатление, будто обе республики прекратили существование одновременно.2, 3
Главное различие и общее значение
Новгород и Псков показывают особую траекторию древнерусской политической истории: здесь князь не исчез, но был ограничен системой городских институтов и договоров. Одновременно социальная власть концентрировалась у состоятельных городских и землевладельческих групп. Эта комбинация делает понятие «республика» содержательным, если не подменять им конкретный анализ веча, посадничества, боярства и княжеской власти.1, 2, 3